Космонавтика

ПРОЕКТ "ЛУНА - ГЕЛИЙ-3"

Возможность использования привозимого с Луны гелия-3 (3He) в качестве топлива для термоядерного синтеза стала обсуждаться в конце 80-х - начале 90-х годов XX в. В 1995 г. на заседании Президиума РАН академик Эрик Галимов выступил с докладом "О необходимости возвращения к исследованиям Луны". В числе других была упомянута проблема скорого исчерпания энергетических ресурсов и вероятное ее решение в будущем за счет 3He.

В 1998 г. под руководством Галимова (в то время президента Международной рабочей группы по исследованиям Луны) состоялась 3-я международная конференция по исследованию и освоению Луны, на которой американские физики Лоуренс Тейлор и Джералд Калсински сделали сообщение под интригующим названием "3He на Луне - Персидский залив XXI века". В 2003 г. Президиум РАН обсудил доклад Галимова "О состоянии исследования Луны и планет", в котором снова был поставлен вопрос о 3He. В последнее время интерес к теме заметно усилился. В июне 2006 г. директор Института термоядерных исследований Университета штата Висконсин (США) профессор Джералд Калсински выступил в ГЕОХИ им. В. И. Вернадского с сообщением об экспериментах по термоядерному синтезу на 3He в США.

ЭНЕРГОРЕСУРСЫ В XXI ВЕКЕ

Начать нужно с того, что в этом столетии человечество неизбежно столкнется с энергетической проблемой, не имевшей аналогов в прошлом. Она связана с исчерпанием природных ресурсов нефти и газа, занимающих сегодня 60 - 80% в мировом энергобалансе. Существуют разные оценки, но в любом случае углеводородное топливо при современных объемах потребления будет исчерпано до конца XXI в. Умеренные оценки предсказывают истощение запасов через 40 - 50 лет.

Обсуждаются разные пути преодоления грядущего кризиса. Прежде всего - развитие энергосберегающих технологий. Это - путь наиболее развитых стран. Поэтому, возможно, уровень энергопотребления в США и Европе будет возрастать медленнее, чем до сих пор. Но есть быстро развивающиеся страны, такие, как Китай и Индия, где сегодня производство энергии на душу населения в 15 - 20 раз ниже, чем в США. В среднем в мире на человека приходится 2 кВт мощности, а в США- 10 кВт. Увеличение энергопотребления в мире хотя бы до половины американского приведет к росту энергетических мощностей в 2 - 3 раза.

К 2050 г. ожидается увеличение населения Земли вдвое. Не только Китай и Индия, но и другие развивающиеся страны будут наращивать экономический потенциал. Существует объективная необходимость увеличения энергозатрат, связанных с вовлечением в эксплуатацию все более бедных и труднодоступных источников минерального сырья, вторичной переработки отходов. Поэтому рост мирового энергопотребления к концу XXI в. в 5 - 8 раз представляется реальным. Повторяю, совершенно очевидно: исчерпание ресурсов углеводородного сырья в этих обстоятельствах - вопрос ближайших десятилетий. К тому же нельзя запасы углеводородов доводить до нуля, поскольку это не только топливо, но и сырье для производства пластмасс, искусственного волокна и прочих продуктов химической промышленности.

Каковы возможности замещения нефти и газа в энергобалансе? Существует немало альтернативных источников энергии. Прежде всего солнечный свет. Эффективность соответствующих фотоэлектрических установок постоянно увеличивается. Они применимы, например, для отопления домов. Имеют будущее возобновляемые биологические ресурсы, а также специальные биохимические устройства на основе фотосинтеза. Большой потенциал заключен в движении водных и воздушных масс. Роль гидроэнергетики, ветровых генераторов, установок, использующих внутреннее тепло Земли, вероятно, будет возрастать. Полагают: к концу века доля этих источников в мировом энергопотреблении составит не менее 10%. Однако даже в совокупности перечисленные варианты не обеспечат полного замещения углеводородного топлива. Главный недостаток большинства из них в том, что они рассчитаны на потребление рассеянной энергии с малой удельной мощностью. Аккумулирование ее требует больших поверхностей или объемов энерговоспринимающих устройств. Значит, даже при теоретически больших ресурсах реальная возможность применения этих источников ограничена. Правда, есть еще уголь. Его хватит лет на двести, но сжигание связано с большой экологической нагрузкой. Да и топливная эффективность относительно мала. Поэтому, хотя в ежегодной мировой добыче уголь (4,9 млрд. т) по массе превосходит нефть (3,8 млрд. т), его доля в энергетическом балансе вчетверо меньше. И если покрывать хотя бы половину мировой потребности в энергии за счет угля, доступные источники будут исчерпаны в течение 50 - 60 лет.

Принципиальное разрешение проблемы может дать только ядерная энергия. Сегодня в мировом балансе она составляет 17%. Но развитие атомной отрасли сдерживается ее главными недостатками: необходимостью захоронения радиоактивных отходов, отработавших реакторов и конструкционных материалов, катастрофическими последствиями возможных аварий. Вместе с тем запасы урана-235 (235U) ограничены. Правда, разработка технологий ядерного деления на быстрых нейтронах позволит перейти от использования редкого изотопа 235U к более чем в 100 раз распространенному 238U, а также к использованию тория. На определенный период это снимет дефицит источников делящихся материалов. Но страшный бич - радиоактивные отходы - останется. Их захоронение уже ныне представляет грозную опасность. Массовое развитие атомной энергетики, основанное на делении тяжелых ядер, неизбежно имело бы катастрофические последствия для экологии. Поэтому такой вариант не может рассматриваться как окончательный или даже долговременный.

УПРАВЛЯЕМЫЙ ТЕРМОЯДЕРНЫЙ СИНТЕЗ

Производство ядерной энергии базируется на двух принципиальных возможностях: выделении ее при делении тяжелых ядер или же синтезе (слиянии) легких. Сегодня промышленная атомная энергия вырабатывается только за счет реакции деления ядер урана. С термоядерной же энергией человечество знакомо пока только по водородной бомбе. Установок, осуществляющих управляемый синтез, до сих пор нет, хотя над решением проблемы наука бьется более полувека. В настоящее время удалось почти вплотную приблизиться к цели. Полагают, она будет достигнута в ближайшие годы при реализации проекта Международного экспериментального термоядерного реактора (ИТЭР). Его строительство ведется во Франции силами Евросоюза, США, России, Японии, Китая, Южной Кореи. Это будет ядерная реакция дейтерия (D) - тяжелого стабильного изотопа водорода с тритием (T) - тяжелым радиоактивным изотопом водорода. В результате образуются 4He - основной изотоп гелия и нейтроны (n): D + T = n (14,07 МэВ) + 4He (3,52 МэВ).

К сожалению, проблема радиоактивного загрязнения относится и к синтезу D + T, хотя опасные отходы в этом случае меньше, чем при делении урана.

Реакция дейтерия с гелием-3 требует более жестких условий, т.е. очень высоких температур. Однако энергетически она весьма эффективна: D + 3He = p (14,68 МэВ) + 4He (3,67 МэВ), где p - протон. А самое удивительное: синтез, основанный на использовании изотопа 3He, может быть экологически чистым. Кажется фантастическим, что существует термоядерный процесс, практически не несущий радиоактивность. Но это - факт.

В ядерных реакциях, в том числе синтеза D + T, выделяется мощный, пронизывающий все вокруг, поток нейтронов - быстрых незаряженных (нейтральных) частиц. Они легко проникают внутрь любых материалов, взаимодействуют с химическими элементами и делают их радиоактивными. В итоге возникающих повреждений материалы быстро становятся непригодными к дальнейшему употреблению, требуют изъятия и захоронения в виде радиоактивных отходов. В реакции же D + 3He выделяются не нейтроны, а протоны. Именно в этом ее уникальность, обеспечивающая ряд замечательных преимуществ.

Во-первых, протоны - заряженные частицы - не проникают в глубь материалов. Поэтому в отличие от нейтронов они не делают их радиоактивными. Во-вторых, в отсутствие нейтронного облучения конструкционные элементы термоядерного реактора с применением 3He могут служить очень долго по сравнению с аналогами, использующими реакцию D + T, и урановыми реакторами. В-третьих, поскольку протоны - заряженные частицы, а электрический ток - поток заряженных частиц, становится реальным прямое преобразование термоядерной энергии в электрическую, минуя тепловую. Это позволит в случае 3He применить гораздо более эффективные инженерные решения для отбора энергии и в целом почти вдвое поднять КПД указанного процесса преобразования. И наконец, в-четвертых, практическое отсутствие радиоактивности и взрывоопасности делает установки термоядерного синтеза на He совершенно безопасными в аварийных условиях, в том числе при природных катастрофах, террористических актах и т.п.

Следует оговориться: некоторая радиоактивность в основной реакции все-таки присутствует, она связана с побочной (D + D), идущей с выделением нейтронов. Но с увеличением температуры и при избытке 3He в смеси гелия-3 с дейтерием влияние этого побочного "фона" сводится к минимуму.

Идеальным решением явилось бы использование чисто гелиевой реакции: 3He +3He = 2p + 4He (12,9 МэВ). Однако осуществить ее на практике еще сложнее, чем D + 3 He. Это - вопрос более отдаленного будущего.

Итак, экологическая чистота и энергетическая эффективность делают термоядерный синтез на гелии-3 непревзойденным источником энергии. Правда, на пути к достижению конечной цели - две фундаментальные трудности. Первая: такого изотопа гелия на Земле практически нет. Он есть на Луне. Но можно ли там организовать его добычу с последующей доставкой на нашу планету? Насколько это экономически целесообразно?

Вторая трудность в том, что пока отсутствует технология управляемого термоядерного синтеза. Задача не решена, несмотря на многолетние усилия даже для более простой реакции синтеза на дейтерии и тритии. Впрочем, прежде всего нужно оценить, насколько реальна добыча и доставка гелия-3 с Луны в необходимых количествах и каковы в действительности его запасы там?

ПРИРОДА ЛУННОГО ГЕЛИЯ-3

Естественный спутник Земли, лишенный атмосферы и защитного магнитного поля, подвергается мощному облучению потоком испускаемых Солнцем легких атомов: водорода, гелия, углерода, азота и других. Этот поток, называемый солнечным ветром, попадает на поверхность Луны. В отсутствие активных геологических процессов и круговорота веществ пылевидный материал, называемый реголитом, миллиарды лет накапливает приносимые частицы, в том числе гелия. В среднем содержание 3He в поверхностном слое мощностью 3 m составляет около 4 ppb (частей на миллиард). В районах развития высокотитанистых базальтов "лунных морей" концентрация изотопа может достигать 20 ppb и более.

Концентрация гелия в реголите зависит от многих факторов. Очень важен возраст материала: чем дольше облучается поверхность, тем больше накапливается в нем внедрившихся частиц солнечного ветра. Имеет значение и размер зерен реголита. У слишком крупных относительно малая поверхность, а очень мелкие - не удерживают гелий. Оптимальный размер - 20 - 50 мкм. Существен и минеральный состав самих зерен. Лучше всего гелий накапливается в ильмените - минерале, содержащем титан (FeTiO3). Луна им богата.

На каждый атом 3He приходится 3000 атомов обычного 4He, и второй от первого нужно отделить. Заметим: 1 т реголита, перспективного для разработки, содержит в среднем около 20 мг 3He (10 ppb).

Недавно мы в ГЕОХИ совместно с Петербургским физико-техническим институтом (доктор физико-математических наук Георгий Ануфриев) перемерили содержание 3He в колонке реголита, доставленного советским космическим аппаратом "Луна-24" в 1976 г. По всей длине колонки длиной 2 м не обнаружено направленного изменения содержания 3He. Кстати, грунт был взят в районе развития низкотитанистых базальтов, в котором содержание 3He ближе к минимальной границе, составляющей, как показал анализ, около 1 ppb.

Чтобы добыть 1 т гелия-3, нужно переработать 100 млн. т лунного грунта, т.е. участок ее поверхности площадью 20 км2 на глубину 3 м. Зато энергетическая эффективность 3He огромна: 1 т гарантирует работу агрегатов мощностью 10 ГВт в течение года. Напомню: суммарная мощность электростанций России составляет 215 ГВт. Иначе говоря, для обеспечения потребностей нашей страны нужно приблизительно 20 т 3He в год, а для планеты в целом - около 200 т. Во второй половине XXI в. последняя величина, возможно, возрастет до 800 - 1000 т/год. Запасов же гелия-3 на Луне около 1 млн. т. Таким образом, их хватит более чем на тысячу лет. Для сравнения следует отметить: доступное содержание этого ценного изотопа в природном газе, атмосфере и породах на Земле не превосходит 200 кг.

Выходит, 1 т гелия-3 заменит 20 млн. т нефти, что при современной ее цене составляет 10 млрд. дол.; это и есть стоимость 1 т 3He. Транспортировка 1 кг груза на траектории Земля-Луна-Земля обойдется сегодня приблизительно в 20 - 40 тыс. дол. Чтобы доставить 1 т 3He, придется перевезти 2 - 5 т сопровождающего груза в виде контейнеров, охлаждающего оборудования и т.д. Таким образом, доставка с Луны 1 т 3He потребует 100 млн. дол. Кажется, огромная сумма. Но это всего лишь 1% от того, что стоит энергия, которую 1 т 3He может обеспечить на Земле.

Для того чтобы организовать добычу 3He в промышленных масштабах, потребуется развернуть на Луне целую индустрию. Во-первых, придется вскрыть и переработать грунт на площади в сотни квадратных километров. Затем выделить гелий из реголита при температуре 600 - 800 °C, после чего сжижать и извлекать нужный изотоп. Из каждого килограмма гелия можно получить максимум 0,3 г 3He (с процессом сжижения и хранения неизбежно сопряжены потери). Понятно, что первоначальные затраты, связанные с завозом оборудования, развертыванием лунной базы и организацией крупномасштабной добычи, будут велики. В то же время следует учесть, что в инженерном отношении все процедуры хорошо известны и достаточно просты. Гелий заключен в сорбированном состоянии в рыхлом лунном грунте, залегающем на самой поверхности. Поэтому после создания необходимого производства расходы на добычу и эксплуатацию соответствующей инфраструктуры должны быть умеренными.

По расчетам американского астронавта Харрисона Шмитта, по профессии геолога, побывавшего в 1972 г. на Луне в составе экспедиции "Аполлон-17", использование 3He, включая все виды расходов на его добычу и доставку, станет коммерчески выгодным, когда производство термоядерной энергии на 3He достигнет на Земле мощности 5 ГВт. По мнению Шмитта, предварительные расходы на стадии исследований (их, очевидно, должно взять на себя государство) составят около 15 млрд. дол. Затем ранее небывалый энергетический проект станет привлекательным для частных инвестиций, поскольку перейдет в разряд прибыльных.

ЛУННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Масштабные горные работы неизбежно вызовут к жизни целый ряд сопряженных производств. При переработке грунта и десорбции гелия выделяться будет не только последний, но в еще больших объемах другие элементы, в том числе водород и углерод. Нетрудно также наладить получение кислорода из силикатов. Это значит, что непосредственно на Луне можно организовать синтез топлива и окислителя для ракет-носителей. Лунный грунт богат титаном. Выплавка его позволит изготовлять тяжелые фрагменты конструкции и корпусов ракет прямо на Луне. С Земли придется доставлять только высокотехнологичные элементы. Необходимую для жизнедеятельности людей и некоторых технологических процессов воду также можно получать на Луне. Упомянутый Х. Шмитт описал спроектированный в США комбайн, предназначенный для извлечения 3He и других летучих компонентов из поверхностного слоя лунного фунта.

Развертывание постоянных баз на спутнике откроет возможность использовать пребывание человека не только для добычи гелия-3, но и для иных целей. Луна - самый экономичный космодром, который сделает доступным крупномасштабное исследование Солнечной системы. Там могут и должны быть развернуты системы контроля астероидной опасности, мониторинга и раннего предупреждения катастрофических явлений и событий на Земле, изучения дальнего космоса и многое другое, что сейчас даже трудно предвидеть.

ЧТО НЕОБХОДИМО ДЕЛАТЬ?

Повторю: прежде всего нужно осознать, что нехватка энергии в ближайшие десятилетия - реальная проблема для всех землян, от которой не спрятаться, не уйти. Во-вторых, очевидно: единственным тотальным и долговременным ее решением, одновременно удовлетворяющим условиям энергетической эффективности и экологической безопасности, является термоядерный синтез на базе использования 3He. В-третьих, освоение нового источника энергии - не очередной проект, реализуемый как бы между делом. Речь идет о гигантской промышленной революции, полное осуществление которой может занять целое столетие. Одновременно в нашем мышлении поэтический образ далекой Луны должен смениться представлением о ней как об объекте практической экономики. Словом, после великих географических открытий прошлых веков наш спутник станет следующим объектом приложения изыскательского духа, свойственного человечеству. По последствиям для развития цивилизации его освоение будет аналогично освоению новых континентов на Земле. Луна и есть новый континент, отделенный от нас океаном космического пространства, который сегодня, однако, легче пересечь, чем Атлантику во времена Христофора Колумба.

Однако несмотря на все рассмотренные перспективы, приходится возвращаться к факту: пока мы еще очень далеки от их реализации. Когда можно ожидать построения установок термоядерного синтеза на основе 3He? По данным американских источников, возможно, через 15 - 20 лет, если на этом будут сфокусированы усилия общества и соответствующие инвестиции. Вероятно, решение нужно искать на пути синтеза с инерционным удержанием плазмы, а не с магнитным, которое используют в токамаках и заложено в основу проекта ИТЭР.

Как уже упоминалось, в июне нынешнего года гостем нашего института был профессор Джералд Калсински - один из пионеров в исследовании проблемы термоядерного синтеза на 3He. На семинаре с участием российских экспертов ученый рассказал о состоянии исследований этой проблемы в США, в частности, об экспериментах на установках с инерционным электростатическим синтезом или инерционным электростатическим удержанием плазмы.

Суть процесса состоит в том, что между двумя концентрическими сферическими сетками прилагается сверхвысокое напряжение порядка 100 кВ. В объем впрыскивают и ионизируют He+D. Под действием разности потенциалов ионы устремляются от периферии к центру и сталкиваются с энергией, достаточной для возбуждения термоядерной реакции. Возникновение синтеза D+3He экспериментально продемонстрировано. Построены опытные установки нескольких типов.

Выход термоядерной энергии при этом еще очень мал по сравнению с подводимой для зажигания. А ведь любая энергетическая установка становится экономически целесообразной, когда отношение получаемой энергии к той, что необходима для поддержания процесса, больше единицы (Q>1). В случае описанных Калсински экспериментов Q составляет пока ничтожную величину порядка 10-5. Правда, как считает исследователь, нет фундаментальных трудностей для решения проблемы. Они в основном носят инженерный характер, причем разрешение их в рамках последовательных проектов вплоть до построения реактора, дающего полезную энергию, потребует не столь значительных средств. Речь идет о 10 - 15 годах и 6 - 8 млрд. дол.

Кстати, заметим: реакция D+T гораздо ближе к практической реализации. Здесь можно считать достигнутыми величины Q = 0,5 - 0,6. А в проекте ИТЭР предполагают получить уже полезный выход энергии.

В то же время, как считает Калсински, термоядерная энергетика, основанная на использовании реакции D + T, не имеет практической перспективы. Ведь реактор типа токамак (в рамках ИТЭР) представляет собой весьма массивное сооружение, а выделяющийся поток нейтронов довольно быстро приведет к разрушению материалов, образующих внутреннюю часть конструкции. При эксплуатации возникнет не только необходимость захоронения радиоактивных отходов, но и проведения громоздких, дорогостоящих и неизбежно частых (каждые несколько лет) восстановительных работ. По мнению американского ученого, термоядерная энергетика на реакции D + T может представлять интерес лишь с точки зрения накопления физического и инженерного опыта.

Впрочем, с такими утверждениями не все согласятся. Безусловно, этой категоричной точке зрения можно противопоставить контраргументы. Многие известные физики, с которыми я затрагивал эту тему, проявляют изрядный скептицизм в отношении термоядерной энергетики на 3He. Вместе с тем нельзя не учитывать, что научная карьера большинства крупнейших специалистов в области термоядерного синтеза связана с исследованием процессов магнитного удержания плазмы и традиционными установками типа токамак. Да и в изысканиях, связанных с термоядерным оружием, вопрос о 3He не был актуален, поскольку решались другие задачи. Здесь нужно, по-видимому, прежде всего серьезное внимание к проблеме и адекватное наращивание экспериментальных и теоретических работ.

Глобальная энергетика, основанная на 3He, возможна только при доставке его с Луны. Но акцентирую: для экспериментов и даже для достаточно мощного опытного термоядерного генератора гелий оттуда не потребуется. 3He образуется из радиоактивного трития с периодом полураспада 12,3 года. На Земле накоплены значительные количества этого элемента, используемого в термоядерном оружии. Только за счет естественного распада запасенного трития образуется 15 - 20 кг 3He в год. В распоряжении России и США в общей сложности имеется несколько сот килограммов искусственно полученного 3He. Кстати, мы продаем его американцам по 1000 дол. за 1 г. Нам он не нужен, а они почему-то покупают.

Лунный гелий-3 потребуется не раньше, чем через 20 лет. Но еще до первой его доставки предстоит проделать грандиозную работу. Начать нужно с геологоразведки. Она включает картирование лунной поверхности, выявление и оконтуривание участков с максимальным содержанием полезных компонентов, оценку удобства их эксплуатации. Работа должна сопровождаться исследованием геологического строения Луны, выявлением ресурсов для развития локального производства. В этой связи большое значение имеет ответ на вопрос о наличии там воды. В замороженном состоянии она может присутствовать в затененных кратерах на полюсах. Свидетельства тому есть. Необходима организация экспедиций и исследование образцов с соответствующих участков. Следующий шаг - проведение экспериментальных вскрышных работ и по десорбции летучих компонентов из реголита в условиях Луны. Далее - обустройство базы. Проектирование и испытание устройств, предназначенных для производства гелия-3. Чтобы обеспечить хотя бы подготовительную стадию всех работ, понадобится доставить на Луну сотни тонн машин и материалов.

Полное обеспечение потребностей землян в энергии потребовало бы порядка 20 млрд. т/год вскрышных работ. Конечно, эти объемы представляются фантастическими. Однако сравнивать следует с теми, что проводятся в интересах энергетики на Земле. Сегодня тут добывают около 5 млрд. т угля в год. Объемы вскрышных работ на порядок больше. Выходит, это сопоставимо с гипотетическим масштабом на Луне. А ведь энергетическая, экологическая и экономическая эффективность сходных по масштабу работ в итоге окажется там гораздо выше. Их организация - вполне в пределах современных экономических и технических возможностей человека. Но поскольку потребуются десятки лет целенаправленного труда, начинать нужно сейчас.

Интенсивность полетов по трассе Земля-Луна должна уже составлять несколько в год. А сегодня у нас в программе только один запуск аппарата "Луна-Глоб", запланированный на 2012 г.

В настоящее время на предприятиях Российского космического агентства разрабатывают проекты исследования Луны. В частности, в Ракетно-космической корпорации "Энергия" им. СП. Королева проектируют летательный аппарат многоразового использования "Клипер". По мнению президента, генерального конструктора корпорации Николая Севастьянова, с 2015 г. он может быть использован при строительстве лунной базы и для доставки на Землю 3He. В НПО им. А. С. Лавочкина (генеральный директор, генеральный конструктор Георгий Полищук) интенсифицируют проектирование соответствующих космических аппаратов, имеющих как орбитальные, так и посадочные модули. К сожалению, Совет по космосу РАН стоит пока в стороне от этих инициатив.

Мы в России должны понять, что наши американские коллеги серьезно работают над реализацией проекта, связанного с использованием лунного гелия-3. В проектировании горных работ на Луне, как и в экспериментальных исследованиях термоядерного синтеза на 3He, американцы заметно продвинулись вперед. Небезынтересно, что сторонники развития работ по 3He в США недавно заняли ключевые посты в Консультативном совете НАСА. Его председателем весной нынешнего года назначен доктор Х. Шмитт, а в состав входит и профессор Калсински.

Страна, которая опередит другие в освоении Луны, станет лидером в мировой экономике. И у нас есть уникальные шансы: мы имеем космическую индустрию и опыт освоения спутника Земли автоматическими космическими аппаратами. У нас развитые ядерная физика и атомная энергетика. За счет добычи нефти и газа получаем огромные деньги, которые без риска дестабилизировать финансовую ситуацию можно вложить только в наукоемкие высокие технологии.


Академик Эрик ГАЛИМОВ, директор Института геохимии и аналитической химии (ГЕОХИ) им. В. И. Вернадского РАН

https://www.mama-fest.com как нужно правильно носить бандаж. . http://domaxorosho.ru одеяло шерстяное в москве.
Авторские права на статьи принадлежат их авторам
Проект компании Kocmi LTD